Настоящая мама 3. Мистический рассказ

— Тетя Валя из Кокино звонила, — промямлила Света, не вынимая зубной щетки изо рта.

— Соседка которая? — спросил муж, снимая обувь в коридоре. Рядом послушно стоял пёс на поводке и ждал, когда ему протрут лапы.

— Ага. Сказала, что детей забрали час назад.

— ПДН?

— Ага. Жалко так ребят.

— Может…

— Вань, а Вань! Мы уже обсуждали это. Куда мы их? Своих трое, собака, и двушка 43 квадрата. По очереди спать будем? Давай уже ужинать. Все остывает.

В этот момент в дверь позвонили.

— Кого так поздно принесло? — риторически спросила Света и пошла открывать дверь. На пороге стояли племянники, слегка потрепанные и с небольшими ссадинами.

— Здравствуйте, тёть Свет! — в унисон воскликнули они.

— Господи! — воскликнула та. — Вы чего? Вы откуда? Почему одни?

— Мы не одни, тёть Свет, — сказал Андрюша.

— Нам нужно поговорить, — добавила Варя.

— Конечно, заходите! Раздевайтесь. С нами ужинать!

— Вы не поняли, тёть Свет. Нам нужно поговорить только с вами. Только вы, я и Андрюша. Это очень важно.

— Ладно, — испуганно согласилась женщина. — В комнату идемте. Пугаете вы меня все больше и больше.

— Не надо бояться, тёть Свет, — прошептала Варя, когда они остались одни. — Мама с нами пришла.

— Варечка, милая, мамы нет с нами, — дрожащим голосом произнесла Светлана. — Я понимаю, такая трагедия, сама полгода проплакала в подушку. Но ее уже нет! Она умерла. И ты уже взрослая, чтоб понимать это.

— Нет, тёть Свет. Она с нами, прямо здесь, прямо сейчас. Мам, ты можешь показаться?

— Я не знаю как, — ответила мама.

— Вы с кем разговариваете? — испуганно, оборачиваясь, спросила Света. — Здесь никого нет!

— Скажите ей, — прошептала мама, — что она в пять лет у соседки платья кукольные украла.

Варя не удержалась и засмеялась, смотря тёте прямо в лицо.

— Ты не в себе, Варечка, — смутная догадка посетила Свету, и она прижала племянницу к себе.

— Я ее поругала тогда, — продолжила мама, — но родителям обещала не говорить. Об этом только мы вдвоем знаем.

—Тёть Свет, — обратилась Варя, не покидая объятия. — А у какой соседки ты в пять лет платья украла?

— Мама рассказала, да? — Светлана отодвинула племянницу и посмотрела ей в глаза.

— Ага, только что прям.

— Было дело, — она улыбнулась и посмотрела в окно, предавшись воспоминаниям. — Лимонно желтое платье и малиновый кардиган для Барби. Стоп! Мама сказала только что про это.

— Мама, ты должна появиться! — уговаривала Варя. — Ну, пожалуйста! Ты же умеешь шептать.

— Я боюсь ее напугать! А видеть меня можете только вы, потому что не боялись никогда. Ну, или смертельно больные люди, как шофер автобуса. А шепот мой только страху нагоняет.

— Тёть Свет, у меня к вам просьба. Вы должны расслабиться полностью.

— Варь, может к врачу нам с тобой сходить? — не унималась Светлана.

—Пожалуйста, тёть Свет, — девочка усадила ее на кресло, села на коленки к ней и начала ее гладить по волосам. — Просто поверьте, что мама здесь. Да, она умерла, никто не спорит. Но просто поверьте. На секундочку поверьте.

— Хорошо, — сказала женщина, на несколько секунд закрыла глаза и открыла их. — Ира? — спросила она и тут же заплакала. — Ира, это ты?

— Я, — ответил призрак. — Привет сестренка! Ну не плачь!

— Это, правда, ты! Правда! Ты жива!

— Нет, Светик. Я умерла, но, как видишь, тут, с тобой и детьми.

— Твою мать! — у женщины началась истерика. — Да ты знаешь, сколько раз я тебя слышала после похорон?! Я была на грани безумия! Меня два раза в дурку забирали и галоперидолом прокапывали. Ты знаешь, сколько я рыдала, сколько ночей не спала. Была уверена, что ты рядом.

— Знаю, конечно. Ведь я была рядом. Я сама долго поверить не могла, что умерла. Но, как видишь, частично осталась здесь. Наверное, чтоб детей одних не оставлять. Прости меня. Я пыталась говорить с тобой, кричала прямо в ухо. Но ты меня не слышала и не видела. А дети видели.

— Да слышала я! Все время слышала! Только поверить не могла!

— Ну, прости, Светик! Я же сама не понимала.

— Боже мой! Как же так?!

— Давай разговоры обо мне на потом оставим, хорошо? Мне нужно детей пристроить. Понимаешь, в чем проблема? Их забирают в детский дом, а там собираются разлучить?

— Не имеют права! — жестко ответила Светлана.

— Не имеют. Но они подготовили бумаги, где комиссия признает Варвару психически нездоровой и нуждающейся в долгом принудительном лечении. И тогда уже разлучить их становится возможным. Причем для Андрюши уже подобрали семью. А это значит, что они друг с другом уже никогда не увидятся.

— Я не могу их взять, — Светлана закрыла глаза ладонями. — Ты же сама видишь, что мне некуда.

— А я и не прошу их взять. Ты просто оформи опекунство, а мы с детьми будем жить в другом месте.

— Их все равно отберут! Я знаю эту систему. Я хоть и врач, но разбираюсь в опеке. Они не оставят вас в покое. К тому же, я хоть и родная тётя, но на опекунство имею такое же право, как и любая другая семья. Тётя для этой системы не является родственником. А учитывая, что, как ты говоришь, у них уже есть заключение на Варю, мне их точно не отдадут.

— Что делать тогда?

— У них есть отец, Ириш. — И он не лишен прав. Пока они там, в опеке, не опомнились, вам нужно с ним связаться. Где он сейчас? В Москве?

— У нас только его номер телефона, — ответила Варя, — да и тот не отвечает уже почти два года. Да и не нужны мы ему. Там у него новая семья.

— Ну, так не нужно к нему переезжать. Нужно только найти его и попросить обратиться в опеку. У меня адрес где-то был. — Светлана подошла к серванту и полезла в тумбочку. — Вот он! Сенежская 17.

— Хорошо, — согласилась Ирина. — Надо ехать. Другого пути пока нет. К тому же опека нас в Москве искать не будет.

— У нас тут в 10 утра автобус проходной до Москвы. С вами поеду. Я сейчас ранки у детей обработаю. Потом пусть ужинать идут, а мы с тобой прогуляемся.

Света осмотрела и обработала ссадины и царапины у племянников, открыла дверь и проводила их на кухню.

— Вань, накормишь детей, а я с собакой пойду, погуляю.

— Но я же только что…

— Вань, давай без вопросов. Мне надо!